директора колледжа, конечно, тут же сумничала:
– Он помогает братским народам Армении, Украины и Белоруссии.
Азейбарджан Валька не назвала. Потому что в их втором «А» классе почти все ученики выговорить слово Азербайджан не могли. Говорили Ажербаджан. А вместо «стерхи» произносили «сперхи».
Мальчик поднял руку и сказал:
– Президент – это кесарь!
Сталина Ефремовна нахмурилась:
– А кто такой кесарь?
– Кесарь – тиран и диктатор. Был один такой, в Риме, Гай Юлий Цезарь… И еще много других кесарей было в Римской империи. Мне папа рассказывал. Цезарь был очень жестокий и умный. И он хотел обязательно стать царем. И всех себе подчинить. Наш президент тоже хочет всех себе подчинить.
Валька с интересом посмотрела на мальчика.
Папу мальчика вызвали в школу.
Мальчик стоял за дверью класса и почти все слышал. Он не хотел подслушивать, но так получилось. Папа ему сказал: «Выйди из класса и дождись меня за дверью». Вот он и дожидался.
– Зачем, Николай Иванович, первокласснику знать про диктаторов? Кесарь – титул римских императоров. У русских царей были свои титулы. В свое время мальчик сам все узнает про тиранов и деспотов. Опять же совершенно неуместно сравнение с президентом… Не рано ли мы детей к оппозиции подталкиваем? Что вы все время хотите казаться умнее всех? Прямо из штанов выпрыгиваете. И детей своих тому же учите. Вы, между прочим, стали «Учителем года», Николай Иванович!
Папа отвечал – мальчик слышал – с раздражением:
– Ну, по совести говоря, царем Юлий Цезарь стать не очень-то и хотел. У него было достаточно власти. Сталина Ефремовна, я вам вот что скажу. Само по себе невежество не опасно. Опасно – воинствующее невежество! Помните, Петр Первый уехал за границу учиться? Кто управлял Россией во время отсутствия Петра? Князь-кесарь Федор Ромодановский! А вот еще взять, для примера, наш коллэдж, буровиков и сварщиков… – Слово «коллэдж» он произносил нарочито вульгарно, с буквой «э». – Теперь каждый троечник – непременно слушатель коллэджа. Ну как же! Вместо экзамена – передача «Поле чудес». ЕГЭ называется. Отгадай с трех раз, куда впадает Волга? «А» – в море Баренцева, «бэ» – в Аральское, «вэ» – в Каспийское… А она, Сталина Ефремовна, как впадала тысячу лет в Каспий, так и впадает! Происхождение американского, или, скорее, английского, слова колиджь, уважаемая Сталина Ефремовна, восходит к латинскому collegium. Что значит «товарищество» и «содружество». Опять Римская империя! Вон Америка – всю свою государственную доктрину выстроила на римском праве… История ходит за нами по пятам. Вы когда-нибудь думали, Сталина Ефремовна, почему у вас такое имя?
За дверью притихли. Там еще и завучиха школьная стояла, Глафира Сергеевна Переверзис, жена папиного начальника Афрония. Любимая учительница мальчика обиделась. Она была уже лет десять как на пенсии. Ее пригласили преподавать в младших классах, потому что учителей в школах не хватало по всему Северу. Сталина Ефремовна ответила:
– Не занимайтесь демагогией и не переходите на личности, Николай Иванович! Мои родители не были сталинистами. Если вы на это намекаете. Отец строил Череповецкий комбинат. В мае пятьдесят восьмого года получили первую сталь. Горячий слиток возили по всему городу. Люди ликовали… Я родилась на следующий день, второго мая. Поэтому меня назвали Сталина. А Иосифа Виссарионовича к тому времени уже пять лет, как похоронили. Мои родители были большими энтузиастами. Песенку такую пели: «Едем мы, друзья, в дальние края, станем новоселами и ты, и я…» Вы ее не помните уже. А скорее всего, и не знали вовсе. Зато помните про кесаря Ромодановского. А папу потом перевели в Воркуту. Между прочим, он – из семьи репрессированных. Мой дед был врагом народа и сидел по пятьдесят восьмой статье. Его реабилитировали после съезда партии, когда культ личности Сталина развенчали. Что получилось с Америкой, которая жила по образу и подобию любимой вами Римской империи, вам лучше знать. Вы же – «Учитель года», Николай Иванович!
– Во-первых, Сталина Ефремовна, Римская империя не очень мной любима. Как, впрочем, и Америка. Я Заполярье люблю. Во-вторых, вы первой перешли на личности. При чем здесь «Учитель года»? В-третьих, что ж вам так хочется меня с сыном в «белоленточники» записать?
Скандал нарастал. Но вовремя вступила Глафира. Как мальчик понял, она была – ни нашим ни вашим. Договорились, что пока, на время, папа не будет звать мальчика на занятия своего исторического кружка. Слишком мал еще.
Когда шли домой, папа в утешение сказал насупленному мальчику:
– Потом вернешься в кружок. А пока я тебе книжку подарю одну, очень толковую – про Рим. В общем, это не совсем книжка, а переплетенная рукопись. Мы ее в кружке с ребятами сочиняли и собирали два года. Называется «Древний Рим. Такой, каким он был».
Мама называла папу залупонистым. А дембеля в техникуме, за спиной Николая Ивановича, обзывали его упоротым.
– Ты, Коля, своей смертью не умрешь… Ты ведь на всех залупаешься… На меня, на телефоны, на кока-колу и гамбургеры, на Переверзиса. Теперь вот на Сталину Ефремовну!
Папа на уроках истории отбирал у дембелей телефоны и ссыпал их в пластиковый тазик, который брал у тети Зины, повара и уборщицы техникума-интерната. Она в этом тазике мыла грязную посуду. Дембеля обижались. Папа бегал по кухне и картинно воздевал руки к потолку:
– Ее деда расстреляли по пятьдесят восьмой… Только в России сыновья репрессированных могут называть своих дочерей Сталинами!
Папа все время боролся против нарочитого, считал он, засилья технологий. Он был против «стрелялок» и гаджетов. Мальчику разрешалось сидеть у компьютера не больше часа. Папа говорил маме:
– Посмотри, Тамара, во что превратились социальные сети в России! Фейсбуки, инстаграмм, одноклассники. Они превратились в помойку, в сборище негодяев и мерзавцев, оскорбляющих друг друга!
Папа мыслил на уровне стран, государств и наций. На уровне их дома, техникума, школы, городка или Заполярья он не мыслил.
Мама спокойно отвечала. Она не была упоротой.
– Интернет – такое же вечное изобретение, как бумага, электричество и пенициллин. Ты собираешься в Москву на слет учителей. На оленьей упряжке поедешь или полетишь на самолете?
– Да, прогресс не остановить… Я это знаю. И я не ретроград. Но если не люди, а роботы будут качать нефть с помощью компьютерных технологий и мы будем отсылать старикам-родителям новогодние открытки по ватсапу, мы будем носить их джинсы, с дырками на заднице, слушать их рэп, бессмысленный и беспощадный, жрать их гамбургеры… И собирать пластиковых уродов. Даже не образцы, а образчики новой культуры воинствующих невежд. Варварство приходит на смену цивилизациям. Технологии меняют образ жизни! Они его корежат по своему подобию. Нации теряют идентичность. Ненцы – уже не ненцы!
– А чем тебе джинсы-то не угодили? Во-первых, у них дырки на коленях, а не на заднице. Во-вторых, нормальные штаны. Вся
